Организационная тема
Перечень работ
Тема для голосования

Завершился третий регуляторный конкурс фантастических рассказов «Большой ЛитКон на Mirrorshades». Благодарю всех, кто принимал в нем участие.

1) С результатом 118 баллов на первое место вышел рассказ Олега Казанцева «С тобой».
2) 91 балл и второе место заслуженно получает рассказ Друида «Стена».
3) На третье место поднимается дебютант нашего конкурса, выступавший анонимно Кирилл Лавров с эссе «Троллейбус, который идет на восток». Эта работа набрала 83 балла.

Поздравляю, вы молодцы. Рейтинг на сайте я вам уже добавил. Скиньте мне реквизиты и пожелания, касательно приза.

Не дотянули до пьедестала:

— «Простить нельзя доказывать» — 68 баллов
— «До основания, а затем…» — 64 балла
— «Случайные блуждания» — 58 баллов
— «Развилка» — 48 баллов
— «Готов на все» — 3 баллов
— «Каруселька» — 26 баллов
— «Светлая сторона» — 18 баллов
— «Правила реванша» — 16 баллов
— «Конец вражды» — 11 баллов

Остальные работы набрали менее десяти баллов.

Эта тема остается открытой для поздравлений, пожеланий, вопросов и предложений.

Сроки: 16 — 31 августа.

Организационная тема
Перечень рассказов
Итоги конкурса

Голосование проводится в открытой форме, оценка публикуется самими участниками в комментариях к этой теме. Авторы голосуют в обязательном порядке. За свою работу участник не голосует. Оценки до 31 августа не комментируются.

( Читать дальше )

— Мама говорит, нельзя играть с огнем, — Энни строго покачала головой. Рыжий язычок пламени смущенно отступил и припал к земле.
— Можно обжечься, и будет очень больно, – продолжала девочка. – Мне уже было больно, когда делали прививки. Знаешь, сколько? Три!
Огонек сочувственно покивал.
— Я бы поиграла с тобой, потому что у меня совсем нет игрушек. Нам разрешили взять только одежду. Мама сказала, мы всё купим, а здесь нет даже магазинов! Мама заказала куклу, но её ещё не привезли, — Энни нахмурилась. Мебель-то привезли, и кухонную утварь тоже. Такая задержка с куклой начинала казаться ей подозрительной. — А ты красивый, но я боюсь…
— Не бойся, — ответил огонек. – Я не причиню тебе зла.

( Читать дальше )

Усадьбу Артур не любил. Она воспринималась им как наказание, да им, собственно, и была. С тех пор, как в пятилетнем возрасте Арти почти сутки просидел, играя на компьютере в космических разведчиков, родители решили всерьёз заняться его психическим здоровьем. Выражалось это в том, что его отправили в усадьбу. Там ему составили жёсткое расписание, согласно которому он продолжал осваивать программу подготовки к школе, имел время на физическое совершенствование, на интеллектуальные старинные настольные игры. Ему дозволялось целых два часа в день смотреть телевизор, но и полагалось не менее тех же двух часов гулять в заброшенном усадебном парке, дышать свежим воздухом.
Родители приезжали к нему на выходные, но особо ребёнком не занимались. И очень часто ссорились даже в его присутствии. Артур чувствовал себя очень одиноким, не с кем было играть, не с кем было делиться мыслями.

( Читать дальше )

— Что ты готов отдать за возможность реванша?
Смятая банка из-под шипучки прозвякала, пересчитывая ступеньки, остановилась на последней, выступающей из мутной речной воды. Ион проводил ее взглядом и, повернувшись ко мне, повторил:
— Что ты готов отдать за то, чтоб отыграться?
— Все бы отдал… Да только бесполезно это, — вздохнул я. – А ты зря на набережной мусоришь…
— Какая разница? – он пожал обгорелыми плечами.
Действительно, какая разница теперь-то… Я шевельнул ногой пакет из-под чипов, под которым обнаружился сморщенный презерватив и прилипшая к асфальту жевательная резинка… Мир давно превратился в помойку. Одной банкой больше…

( Читать дальше )

— Какого хуя, — сказала Лара без вопросительной интонации. – Нет, серьезно, блядь, объясни мне, какого хуя?
Теперь ее голос звучал разъяренно.
— Слушай…
— Нет, ты слушай! Я ебаных пять лет надеюсь прирезать этого обмудка! И что, бля? Мы попадаем в эти казематы из-за того, что ты, видите ли, «скилл хуево прокачал», — она сплюнула. – Знаешь что? Пошел ты нахуй! Надо было идти одной, а не с таким мудаком как ты!
— Лара, я…
— Хайло заткни!

( Читать дальше )

I've been wasting all my time
With the devil in the details
And I got no energy to fight
He's a fucking pantomime
The devil in the details

He's fixing up to take a bite
I don't see the point in trying
I got the devil in the details
And he's gonna teach me wrong from right
That fucking pantomime
The devil in the details
Well, I'm gonna dance with him tonight
Placebo – Devil in the Details

Don't leave me here, to cast through time,
Without a map, or road sign.
Don't leave me here, my guiding light,
'Cause I, I, wouldn't know where to begin.
I asked the Kings of Medicine,
But it seems that they have lost their powers.
Now all I'm left with is the hour.
Placebo – Kings of Medicine

I

Интересно, что бы сказали фантасты прошлого, если бы узнали, что средний срок жизни упадет до пятидесяти лет, а смерть станет наступать от системного разлада?
Им ведь непременно нужно было написать, что люди будут доживать лет до ста, оставаясь неизменно красивыми, умными и могучими.
Гениям вроде Светлова удалось отдалить окончательное поражение, крепко привязав биологическую и медицинскую науку к статистике и кибернетике. Война стала затяжной и позиционной.

( Читать дальше )

Свет. Солнечные лучи освещают их безмятежный полёт. Сверху летящие острова похожи на распахнутые в полёте гигантские крылья. Вопреки всем существующим законам этого мира, называемого его жителями Кхараим, острова Агрании движутся в свободном полёте навстречу восходящему солнцу. Поэтому смертные Кхараима называют её Страной Вечного Рассвета. Очень немногим в жизни посчастливилось побывать хотя бы в одном из городов Агрании. А её прекрасная столица — Агралон, расположенная на самом ближнем к солнцу острову Правого Крыла, с давних пор привлекает жителей далеких миров своим богатством и красотой.

( Читать дальше )

Ублюдок открыл глаза. Он лежал на спине в полумраке заднего двора постоялого дома Артемони. По щеке, которую жгло огнем, стекала кровь. Лицо ломило от боли, кулаки у Темной Зыби были крепкие.
Со стоном он с трудом поднялся и сел. Крытый задний двор, освещала масляная лампада, заправленная вонючим крысиным жиром. В щелях между сгнившими досками и листами циновки завывал ветер, который почти не стихал со времен Катаклизма. Тут воняло блевотиной, кухонными отбросами и крысиным говном. В темных уголках испуганно попискивали крысы.
Голова Ублюдка ужасно болела. Он с большим трудом вспомнил, что случилось с ним четвертью часом раньше. Он вспомнил улыбающуюся рожу Темной Зыби склонившегося над ним и вынимающего у него из внутреннего кармана сверток, затем блеск кинжала и острую боль. Стилет его напарника, оставил глубокую отметину на щеке Ублюдка. А в ушах его все-то стоял глухой смех Темной Зыби когда тот покидал задний двор.

( Читать дальше )

В любой ли игре можно
сменить правила или взять реванш?

Александр наконец-то пришел в себя. Антибактериальные лампы светили не ярко, но их свет почему-то все равно резал ему глаза. Он лежал в светлом, чистом помещении, очень похожим на больницу, на единственной койке в этой комнате. Мысли в голове путались так, как будто разум разделился на две половины. Одна недоумевала, что здесь происходит, где он, и что за странные вещи его окружают; а вторая спокойно могла все это объяснить.
— Вероятно, я попал к лекарю, — подумал вслух Александр и тут же сам себя поправил, — Вернее я в больнице.
Он попробовал встать с койки, но ноги как-то слишком неуверенно его держали, поэтому ему пришлось сесть. Тишина в комнате была пугающей, нужно было как-то отвлечься от нее, поэтому Саша решил попробовать вспомнить, как он сюда попал и что последнее помнит вообще. «Дуэль» — лишь это слово всплыло из его памяти и зазвучало с двойной силой.

( Читать дальше )

Мое место слева
и я должен там сесть.

Не торопись читать. Остановись. Прекрати пожирать напряженными зрачками килобайты текста. Отойди от монитора и завари чаю с лимоном. Добавь коньяк по вкусу. Не мучай себя, ты никому и ничему не обязан. Расслабься и получи удовольствие. У этой истории горьковатый привкус хинина. Тебя ждет профилактика ментальной малярии. От той закостенелости сознания, когда прочитано так много, что удержать, осмыслить, разложить по сути — не получается, и все происходит на апатичном автомате. Превентивные меры против той ужасной библиобулимии, от которой невозможно воспринимать написанное, как чьи-то обнаженные размышления. Стоит заметить, что голые размышления, должны быть хотя бы чуть прикрыты мантией воображения, иначе они имеют свойство превращаться в порнографию.
Перед тем, как начать, предупрежу еще об одном. У этой истории есть побочный эффект. После ее прочтения могут выгореть психофизиологические транзисторы доверия к людям. Тебе придется пользоваться антропофобным неймофильтром. Заранее прошу прощения за неологизмы, увы, в Великом и Могучем не для всего есть имена. Но смею надеяться, что неизвестные термины будут понятны тебе интуитивно.

( Читать дальше )

— Вот тут я впервые обнаружил ретушь, — тонкий палец указал в центр изрисованного схемами тетрадного листка, ровно поделенного складками на восемь прямоугольников, — Сначала не придал значения… Ну, как всегда бывает… Потом заметил коррекцию вот здесь и здесь. Устроил проверку пласта. Взял образцы отсюда и отсюда. И еще откуда-то, не помню точно. Начал проверять – и чуть со страху не помер. Там не то что коррекция, там практически новые образы. Искусственные, только малость эффектами припорошили, чтобы при беглом осмотре на настоящие походили. Тяп-ляп, даже не скрывали обмана!

Лара смотрела на листок, на котором Жан, похоже, пытался уместить всю сущность вещей от основания Вселенной. Ни схемы, ни подписи к ним ничего ей не говорили, да она и не пыталась вникать. Просто перед собой она видела ставшую бархатной от затертости бумагу, на которой не было места, свободного от рисунков и пояснений к ним. Кое-где синие чернила плыли водяными разводами, и в таких местах записи были на несколько раз обведены для четкости. Впрочем, сам владелец листка, казалось, отлично ориентировался в этой писанине и, судя по тому, как нетерпеливо Жан объяснял и водил пальцем по схеме, он уже многократно проговаривал это сам с собой.

( Читать дальше )

Чувство знакомое — холод бежит по спине.
Чувство преграды — я вновь приближаюсь к стене.
Снова на камень рука натыкается: Стой!
Снова стена предлагает вступить с нею в бой.
Черный Обелиск, «Стена».

Зеркальный шар завращался, и от пульсирующих бликов вдруг резко заломило в глазах. Несмотря на это, Джек не мог оторвать от шара взгляд. Чем-то он притягивал. То ли неразборчивыми отражениями, то ли свечением, исходящим будто изнутри, и рассеивающимся по стенам бара. На танцплощадке было пусто, однообразную клубную музыку приглушили – видимо, вскоре это заведение закрывалось.
– Так вот, о чем я? – хриплый Олин голос вывел Джека из оцепенения, и теперь он уставил на нее свой помутневший взор.
Ольга откинулась на высокую спинку стула, затянулась тонкой сигаретой и выпустила из ноздрей дым.
– О чем?.. Ах, да! Мой первый муж… – она назидательно подняла палец. – Будет лох!
– Э-э-э? Чего? – не понял Джек. – О чем это ты?
– А о том, – презрительно фыркнула Ольга и шумно, словно засоренная раковина, высосала бокал «Ячменного волоса».
– Как интересно, – промычал Джек, борясь с отрыжкой. Пиво в него больше не лезло.
– А потом лох умрет, и я выйду замуж за реального пацана! Затем я разбогатею и вскоре тоже умру! – торжественно выпалила Оля и принялась вытряхивать из опустевшего бокала последние капли.

( Читать дальше )

Кридон-лу отчаянно вырывался из липкого белесого тумана, связывающего его с друзьями, чтобы устремиться на зов. Голос Юрия Шевчука и вибрации тех, кто звал его в средний мир, были очень далекими, но для него не существовало более притягательных и манящих ощущений во Вселенной.
— Кридон, ты куда? Что ты там забыл? Ну родишься, будешь плакать и писать в пеленки, потом заново учиться говорить, слушаться родителей, ходить в школу, институт и работать всю жизнь? Зачем тебе это? Кто тебя там ждет? Полетели лучше в Бразилию, еще раз в джунглях побываем, потом в Рио, на море и в горах, а потом на Альфу Центавра смотаемся, — казалось, что голоса Милта-ло, Кари-ми, Нирлы-ри и еще восьмерых душ, составлявших его рой, сливались воедино, отговаривая его от задуманного. На мгновение Кридон заколебался, но притяжение было уже слишком сильным.

( Читать дальше )

…- Еще один человеческий выродок. Прекрасно,- она нагнулась, в темноте рассматривая безвольно лежащее тело. – Ты знаешь, — обратилась убийца к человеку – пожалуй, я сегодня буду доброй — я уже не оставлю тебя умирать в когтях гиен…
…Лишь резкий свист клинка и вспышка безумного страха в глазах жертвы…
Мягко поднявшись с сырой земли, девушка хмуро накинула капюшон и отправилась в глубь леса, одним движением закидывая стальной двуручник в кожаные ножны, свободно болтающиеся за спиной. Жгучая ненависть не утихла. Она продолжала бушевать внутри забытой души, призывая свою хозяйку утолить гложущий ее голод…

( Читать дальше )